26 октября
25 октября
29 сентября
18 сентября
02 сентября
20 июля
15 июня
11 апреля
28 марта
09 марта
25 февраля
19 февраля
01 февраля
19 января
16 декабря
10 декабря
23 октября
14 октября
09 октября
24 сентября
18 августа
06 августа
17 июля
07 июля
18 июня
15 июня
Календарь
Весь месяц
Обратная связь

Министерство здравоохранения и социального развития России проводит второй этап общественного обсуждения законопроекта «Об основах охраны здоровья граждан в РФ». Свои комментарии и предложения можно оставлять на специальном сервере минздрава. Чиновники уверяют, что документ позволит более четко выстроить отношения между пациентом и врачом: в нем, в частности, разграничены понятия «медицинское вмешательство» и «медицинская услуга», закреплено право на выбор лечебного учреждения и получения сведения о своем здоровье, определено понятие «редкое заболевание», что должно позволить улучшить обеспечение лекарственными препаратами «уникальных» больных. Тем не менее законопроект вызвал массу вопросов у целого ряда специалистов.

Законопроект «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» заменит существующий с 1993 года закон «Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан». В нем отражены как прежние направления развития медицины, так закреплены и новые, активно развивающиеся: в их числе репродуктивные технологии, паллиативная медицина. В законе также затронуты вопросы трансплантологии, прописаны отношения между врачами и фармацевтическими компаниями. Но сами представители врачебного сообщества очень критично отнеслись к законопроекту. Доцент кафедры общественного здоровья и здравоохранения ЧелГМА, кандидат медицинских наук Андрей Котов считает, что несовершенство законопроекта кроется уже в самом названии. «Наличие слова «основы» в федеральном законе говорит о незавершенности этого документа. У нас нет основ Уголовного кодекса, есть просто Уголовный кодекс, нет основ гражданского законодательства, есть Гражданский кодекс, в них четко прописано, как поступать в той или иной ситуации. В нашей отрасли в современной России уже второй раз подсовывают документ со словом «основы» – в 93 году и сейчас, – поясняет Андрей Котов. – При этом не ясна стратегическая цель нашего здравоохранения: возвращаться к государственной медицине, развивать полноценную страховую или частную медицину».

По словам Андрея Котова, большинство статей законопроекта является уступками минздрава в пользу тех или иных интересов. Среди общественности больше всего споров вызвало разграничение понятий «медицинское вмешательство» и «медицинская услуга». Представители общественных организации, в том числе «Лиги пациентов», высказали опасения, что платные услуги существенно потеснят бесплатные. «В Москве уже давно говорится о том, что системы здравоохранения как таковой нет, а есть система уступок тем, кто смог что-то отхватить, – комментирует доцент ЧелГМА. – Вот и государственным медицинским организациям разрешили заниматься платными услугами. Естественно, что цены в больницах ниже, чем в частных структурах, но ведь они лишают частные структуры пациентов.

Соответственно, частная медицина не может полноценно развиваться, следовательно, нет конкуренции, а без нее нет и мотива развития отрасли. Вообще «медицинское вмешательство» и «медицинская услуга» – это игра слов. Все, что делается за деньги, строго регламентируется, все, что бесплатно, оговаривается в государственной программе. Мы не можем пункт госпрограммы превратить в платную услугу, иначе может вмешаться прокуратура».

Самих же врачей больше волнует практическая реализация некоторых норм, закрепленных в законе, например, выбор врача и лечебного учреждения. «До сих пор не ясно, как это право реализовывать в жизни. Например, меня устраивает участковый терапевт из своей поликлиники, но пульмонолог мне нужен из другой поликлиники, а кардиолог – вообще из третьей. Как страховая компания будет прикреплять меня к этим разным врачам?!

В законе ничего об этом не говорится, – недоумевает Андрей Котов. – А если в населенном пункте только одно лечебное учреждение, а большинство жителей хотят к одному, по их мнению, самому лучшему, доктору, а больше 1700 пациентов по нормативам нельзя наблюдать. Как в такой ситуации приписаться к выбранному врачу? При частной практике было бы все ясно: вы пришли, получили помощь, заплатили за это деньги. Здесь все по-другому. На мой взгляд, при существующей системе реализация права выбора врача и лечебного учреждения вообще невозможна».

Еще одной уступкой общественности, боящейся или негативно настроенной к трансплантологии, по мнению Андрея Котова, являются статьи, посвященные определению наступления смерти и изъятию органов. «Зачем в документе, посвященном организации отрасли, обсуждать чисто биологический вопрос – наступление смерти? Для этого существуют другие нормативные документы, которые касаются исключительно врачей, – задается вопросом кандидат медицинских наук. – Все, что написано в законопроекте, повторяется в документах по судебной медицине, патологоанатомической службе и реанимационной. Появление этих пунктов – просто реверанс общественному мнению. В советские времена было колоссальное количество «бесхозных» трупов, их использовали для обучения, потом хоронили в специальных ящиках. Сейчас кафедра анатомии стоит почти без трупов, мы не можем обучать студентов. Вроде бы дается право использовать невостребованный труп, но в законе нет никаких четких указаний, и врачи опять станут крайними».

В законопроекте об охране здоровья довольно много внимания уделено отношению между врачами и фармацевтическими компаниями. Так, согласно проекту федерального закона лечащий врач, рекомендуя пациенту лекарственный препарат, будет обязан сообщить ему приблизительные данные о его стоимости. Кроме того, медицинским работникам и руководители запрещено принимать подарки, денежные средства, принимать участие в мероприятиях, проводимых за счет средств организаций, занимающихся производством и реализацией лекарственных препаратов, медицинских изделий. Более того, врачам запрещается принимать представителей компаний в рабочее время и даже выписывать лекарства на бланках, снабженных информацией рекламного характера, а также на листках с заранее впечатанным наименованием препарата. «Это веяние времени, – говорит Андрей Котов. – Конечно, когда приезжает академик и читает лекции, что лечить отечественными антибиотиками – каменный век, а нужно лечить французским препаратом, упаковка которого стоит 700 рублей, это неправильно. За такие вещи нужно наказывать. А фирменные ручки и блокнотики – это мелочи, наших докторов, как туземцев, уже этим не купишь. Другой вопрос – насколько нужно прописывать это в основополагающем документе нашей отрасли? Мне кажется, достаточно составить этический кодекс врача или приказ минздрава».

Но есть и положительные моменты в законопроекте. К ним доцент кафедры общественного здоровья ЧелГМА Андрей Котов относит законодательное закрепление понятия «редкое (орфанное) заболевание», репродуктивных технологий, паллиативной медицины: «В 1993 году многие репродуктивные технологии просто отсутствовали, они появились, и, конечно, их нужно узаконить. Паллиативная помощь – это помощь обреченным больным. В 93 году у нас не было хосписов, а если и были, то одиночные. Сейчас этот вид помощи развивается, и его тоже нужно узаконить. Диагностика и лечение редких заболеваний требуют колоссальных денежных средств, поэтому их просто необходимо выделить в отдельную группу. Правда, в законопроекте опять же не сказано как деньги будут выделяться».

На первом этапе обсуждения законопроекта «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» через сайт министерства здравоохранения и социального развития поступило более 400 комментариев и предложений. Как уверяют в минздраве, большая часть из них была учтена при доработке документа. Сейчас у врачей и общественности есть еще одна возможность высказать свое мнение и свой взгляд на развитие здравоохранения.

Юлия РЕУТОВА
Видео Андрея ВИННИКОВА, монтаж Игоря ГОРДИЕНКО



Опрос
Боитесь ли вы энтеровирусной инфекции?